Памяти Антона Якутовича (1975 – 2014)

Я думаю, что всем своим творчеством Антон Якутович нам завещал именно эти мысли о Возрождении эстетических чувств, о возрождении Любви друг к другу.

Анна Лобановская, литературный критик, искусствовед, член Национального союза художников Украины, член Национального союза театральных деятелей Украины

23.02.2014

І.

Видела его ещё вечером 22-го января на лестничной площадке нашего подъезда…

Выше среднего роста молодой человек с умным, несколько напряжённым взглядом, таившим грусть, со светлыми локонами до плеч… Художник, молодой, талантливый.

Много лет проживший в городе-празднике, в Париже и вдруг вернувшийся этой осенью… (Думала, просто поддерживать отца своего, известного Художника и Человека благороднейшего… Думала: это естественно – сын приехал помочь отцу, который не очень-то здоров, к сожалению) (Оказывается, всё не так просто было: мы всегда радовались за Антона и полагали, что он счастлив в Париже со своей супругой-композитором, а потом у Антона отобрали мастерскую (из-за очень высокой арендной платы), где он писал свои чудесные полотна, Антон пережил сильный стресс… ему стало практически негде работать, он вернулся в Киев – стал работать вместе с отцом в его мастерской). Чувствуя свою обречённость (он знал свой диагноз), Антон даже решил расстаться с любимой женщиной, чтобы, наверное, оградить её от переживаний… и ощущения горечи приближающейся утраты любимого человека…

Антон – художник из династии украинских художников-графиков, Георгия Якутовича, сын Сергея Якутовича и Ольги Якутович (Дёминой). В своей творческой манере, работая как живописец (см. обложку этого Альманаха), Антон интуитивно наследовал принципы фигуративных изображений, какие встречались в работах Ольги Якутович, которая была книжным иллюстратором.

Я представляю, что привыкнув к реалиям города-праздника, города-музея, города, архитектура которого действительно подобна застывшей музыке, города Парижа, Антон не выдержал суровых революционных реалий родного Киева, хотя действительно больно ощущать, особенно коренному киевлянину, что сегодня в городе происходит очередная перезагрузка «Дней Турбиных» с абсолютно непредсказуемым продолжением… Друзья говорят, что Антон – очень чувствительный…

Я хочу пожелать Антону счастья в лучших мирах и небесных картин, которые он ещё создаст, я уверена, и новой, счастливой жизни… и, что очень важно, сил всем близким и друзьям Антона, которых он сейчас покинул здесь… я даже не знаю, как ЭТО пережить, как трудно смириться с такой несправедливостью, но я желаю ВСЕМ и, в первую очередь, близким, отцу Сергею, пожалуйста, СИЛ и ВОЛИ к ЖИЗНИ.

«оказывается, у него был рак… приехал домой прощаться… и отошел в мир иной на руках отца… упал… во время их совместной работы над циклом картин в мастерской отца… грустно всё это… грустно…» (из разговора с А. Беличенко)

ІІ.

Внимательно рассматривая картины Антона Якутовича, меня вдруг осенило, что художнику, вероятно, весьма импонировали произведения мастеров Эпохи Возрождения, счастье лицезреть которые он имел, нередко посещая Лувр – одну из величайших сокровищниц мирового искусства (в один ряд с Лувром я могу поставить Эрмитаж в Санкт-Петербурге, ГМИИ им. А.С. Пушкина в Москве, Дрезденскую галерею, Мюнхенскую Пинакотеку в Германии, Галерею Уффицци во Флоренции,  Вашингтонскую картинную галерею, музей Метрополитен в Нью-Йорке – список можно продолжить…

Но я хочу высказать главную свою мысль, то, что, скорее всего нам завещал Антон Якутович своими картинами: Эпоха Возрождения – Ренессанс – одна из лучших в истории человеческой цивилизации. Нам сегодня пора отойти от «осколочного» мышления эпохи постмодерна, базирующегося на беспорядочном цитировании всего и вся из того, что было создано доселе.

Нам надо немного передохнуть от абсурдистского театра, (хотя, безусловно, театр документальной драмы сейчас будет весьма актуален).

Однако, сейчас необходимо вернуться, вернее, обратиться лицом к эпохе Возрождения, когда человеческая личность стала рассматриваться в целостном своём развитии.

Пускай, не спорю, готические заостренные шпили собора Нотр-Дам-де Пари, и даже химеры на крыше собора, с точки зрения эстетики – исполнены прекрасно, что в своё время вдохновило и Осипа Мандельштама на строки:

Стихийный лабиринт, непостижимый лес,

Души готической рассудочная пропасть,

Египетская мощь и христианства робость,

С тростинкой рядом — дуб и всюду царь — отвес.

Но чем внимательней, твердыня Notre Dame,

Я изучал твои чудовищные рёбра —

Тем чаще думал я: из тяжести недоброй

И я когда-нибудь прекрасное создам…[1]

(1912)

Но сегодня, когда жизнь реально превращается на наших глазах в арену жуткого театра абсурда, мне хочется обратиться ко всем творческим людям мира: Обратите внимание на Эпоху Возрождения, читайте трактаты о любви, комментарии Марсилио Фичино на «Пир» Платона. «О любви», «Три книги о любви» Франческо Каттани, «Диалоги о любви» Леона Эбрео, читайте «Образы Италии» российского искусствоведа, эстета и писателя начала ХХ века Павла Муратова.

Думайте о прекрасном!

Жизнь прекрасна!

[1] (Фрагмент стихотворения О.Э. Мандельштама «Notre Dame» публикуется по изданию: Осип Мандельштам. Стихотворения. Переводы. Очерки. Статьи. — Тбилиси: «Мерани», 1990. — С. 64-65.)

Добавить комментарий